К арабскому языку в наши дни   не повезло. Так как  к нему прочно прикрепилась репутация языка международного терроризма.  И это при том, что по распространённости он стоит на шестом месте, на нём говорит около 190 млн. человек, и далеко не все они занимаются бомбометательством. И никто не вспоминает даже, что по-арабски написаны любимые всеми сказки «Тысячи и одной ночи», не говоря уже о том, что в Средние века именно благодаря этому языку погрязшая в варварстве Европа вновь обрела утраченные или забытые в войнах и усобицах сочинения античных авторов, переведённые на арабский трудолюбивыми восточными учеными. Взаимоотношения между арабами и европейцами были немирными на протяжении всей истории; несколько столетий войны бушевали, почти не прекращаясь, причём агрессором выступала то одна, то другая сторона. Но конфликты несли не только смерть и разрушение. Если бы не завоевание арабами Испании, не было бы неповторимых

андалусских городов с их необычной  архитектурой. Если бы не крестовые походы, до европейцев не скоро дошли бы открытия арабских учёных в области математики, химии, астрономии.  Всерьёз занялись изучением арабского в 17 веке, когда в Европе стали выходить книги по грамматике этого языка. А первый перевод «Тысячи и одной ночи»  на французский, сделанный в начале 18 века  Галлоном, который  обратил взгляды европейцев к арабскому Востоку, в литературную моду вошёл ориентализм. Но язык от этого не стал популярнее. Занятия арабистикой всегда оставались уделом единиц: монахов, кабинетных учёных, университетских чудаков-профессоров, а то и авантюристов вроде знаменитого Лоуренса Аравийского или сэра Ричарда Бартона, чей перевод тех же сказок Шахерезады на английский  до сих пор считается лучшим. Арабский и сейчас достаточно редкий. Точнее, редки европейцы, знающие его.