АНГЛИЯ
Уже нет прежней уверенности. Меня восхищает вечный поиск Толстым истины— самой простой истины об окружающем мире, ради которой, как мне кажется, он пожертвовал всяким украшательством в своей прозе, что является уроком для всех нас. Никто не видел больше, чем Толстой, и более ясно, чем он. Он считал, что Достоевского сбивают с пути истинного его психологические фантазии. Я нынче уже не так в этом уверен. Я думаю, что глубокие прозрения «Братьев Карамазовых» останутся со мной до конца моей жизни. Как бы там ни было, ни одна литература не имеет ничего равного этим двум романам. (Из перевода технических документов  Англии)
ВЕНГРИЯ
Познаны столь глубоко и своеобразно, как им. Это захватывающе точное и в то же время именно толстовское познание, толстовский анализ истин существующих, открываемых,    выдумываемых, признанных человеком, ложно понятых им, сомнительных для него или вообще отрицаемых или высмеиваемых им придавал и придает его творчеству  мощные крылья. Его девиз «не выдумывать, а находить» является главной особенностью избранной им трудной поэтики художественной достоверности, созданной достоверным искусством.
И поныне поразительно, сколько знал он человеческого и во внешних проявлениях и в сокровенных его сторонах.

И все же — хотя меня и смущает это — хочу признаться, что именно его достоверность вызывала у меня наибольшие сомнения. Лет тридцать меня занимало описание Бородинской битвы. Я как-то не мог поверить в то, что воинские части, соединения и высшие объединения передвигались на поле боя, насчитывавшем всего несколько квадратных километров, таким образом, что ни Наполеон, ни Кутузов, по существу, не имели точного представления об их дислокации, а адъютанты и гонцы поэтому не могли доставить донесения и приказы.